Английский язык и лингвистическая справедливость

По некоторым оценкам, к концу этого столетия, могут исчезнуть 1500 языков – почти четверть от общего числа языков мира. Английский язык, безусловно, не входит в список языков, находящихся под угрозой исчезновения. Скорее наоборот: английский язык является одним из основных языков культуры и третьим по распространенности языком в мире как родной после китайского и испанского. Число носителей английского языка составляет около 373 миллионов человек (примерно 5% населения мира), большинство из которых проживает в шести развитых индустриальных странах (Австралия, Канада, Ирландия, Новая Зеландия, Великобритания и США). В совокупности эти страны производят 33% мирового валового внутреннего продукта в номинальном выражении. Вследствие колониального наследия английский язык является официальным или одним из официальных языков во многих странах мира.

Следовательно, коммуникационная ценность английского языка, высока, как и интерес к его изучению. Многие люди используют английский как второй или иностранный язык. В общей сложности в мире насчитывается от 1 до 1,5 миллиарда носителей языка и тех, кто владеет английским языком как иностранным, что составляет 12–19% населения мира.

Закрепление роли английского языка в качестве преобладающего (хотя и не единственного) международного языка многими рассматривается как позитивное явление, имеющее ряд практических преимуществ. Однако это также поднимает и ряд проблем, среди которых —  вопрос «лингвистической справедливости».

Вопрос справедливости возникает, для тех, кто изучает английский как второй или иностранный язык. Страны Западной Европы тратят от 5% до 15% своего бюджета на образование на преподавание иностранных языков. В ЕС большая часть этих ресурсов идёт на преподавание одного языка – английского. За исключением Ирландии, английский как иностранный язык преподаётся в школах всех государств-членов ЕС, как правило, в качестве обязательного предмета. Согласно данным, опубликованным Европейской комиссией, его изучают около 84% учащихся начальной школы, 98% учащихся младших классов средней школы и 88% учащихся старших классов средней школы. Доля изучающих другие языки (обычно французский, немецкий или испанский) в средних школах значительно ниже, в среднем 20–30%.

В англоязычных странах, напротив, преподавание иностранных языков уже давно находится в упадке, поскольку молодое поколение меньше нуждается в изучении языков других народов, предпочитая вместо этого другие предметы. Эта тенденция приводит к значительной экономии средств для систем образования англоязычных стран, которые затем могут быть направлены на другие продуктивные государственные инвестиции.

Второй тип неравенства связан с использованием «общего» языка. В большинстве профессиональных контекстов человек более эффективен и убедителен, используя свой родной язык. Это неравенство трудно, но возможно, оценить количественно. В научных исследованиях знание английского языка часто требуется для публикации в международных журналах и получения финансирования на научные исследования.

Группа из University of Queensland недавно опубликовала исследование, в котором приняли участие 900 исследователей в области наук об окружающей среде. В нём показано, что исследователям, для которых английский язык не является родным, требуется в два раза больше времени, чем носителям языка, чтобы читать, писать или рецензировать публикации на английском языке. При подаче статей для публикации у неносителей языка примерно в 2,5 раза выше вероятность того, что их работы будут отклонены по лингвистическим причинам, и в 12,5 раза выше вероятность того, что им придётся вносить правки, связанные с языком. Таким образом, даже при равной или большей профессиональной компетентности у них может быть меньше возможностей для карьерного роста.

Для решения сложившейся проблемыи уменьшения глобальной языковой несправедливости некоторые специалисты предлагают ввести компенсационные меры. Например, введение глобального лингвистического налога для стран, где большинство населения говорит на английском как на родном языке, и распределение полученного дохода в пользу стран, где английский преподается в школах как иностранный язык.

Для косвенной компенсации, например, предлагается частичное ослабление прав собственности при оформлении патентов. В настоящее время максимальный срок правовой защиты патентов составляет 20 лет. Этот срок может быть сокращён на несколько лет, если компании, базирующиеся в англоязычной стране, регистрируют свой патент в неанглоязычной стране. Это означает, что такие патенты можно будет использовать в коммерческих целях без лицензии быстрее, чем патенты, принадлежащие изобретателям из других стран.

Другие предложения включают более интенсивное использование машинного перевода и искусственного интеллекта в научных публикациях, при этом расходы несёт издатель.

Конечно, проблема лингвистической справедливости не ограничивается английским языком. Та же проблема возникла бы, если бы доминирующим языком мирового общения был другой, например, испанский или французский. Но сейчас именно английский несет титул глобального языка.

Первухина И.В.

ст. преподаватель